«Лучше, чем леший»
Фото: Елена Серова

Фото: Елена Серова

Зачем бывший преподаватель техникума Павел Федоров ушел в лес

– Если смотреть по документам, то моей земли здесь совсем немного. Но в округе я один такой — отшельник. Соседей нет, и никто меня не ограничивает, — с явным удовольствием объясняет Павел Владимирович. И хитро прищуривается. — Все эти березняки, сосняки и осинники на десятки километров окрест я знаю лучше, чем здешний леший.  

Цесарки, рыба, пчелы

На территории усадьбы, которая расположена в опоясывающем Ярославль зеленом кольце, неподалеку от поселка Козьмодемьянский, тут и там развешены скворечники. Сейчас из них доносится требовательный писк птенцов. Соловей поет — заливается. Дом у Федоровых бревенчатый, основательный — два этажа и мансарда. Рядом гараж, птичник, баня, чуть поодаль виднеются ульи маленькой пасеки. Перегороженный дамбой лесной ручей разлился во внушительный водоем метров сто диаметром, по нему деловито выгребают утки со своими выводками. Квохчут расхаживающие по двору куры. Гортанно вскрикивают готовые по любому поводу всполошиться цесарки. 

– Шумливые они очень, и сколько их ни кормлю — по-прежнему дичатся. Но яйца несут исправно — по 250 штук за сезон, хотя и не ради этих яиц я их завел, а для красоты. Диковинные птицы — сердцу отрада. Впрочем, цесаркам далеко до роскошных королевских фазанов, которых в свое время птенцами я купил в ярославском заповеднике и долго держал, пока в один злосчастный день их не забрал лес, — рассказывает хозяин.

Годы приучили его философски относиться к тому, что лес многим одаривает, но многое и отнимает.

– Кролики у меня были. А еще нутрии, гуси, индоутки. Нередко случалось, кого-то и недосчитаешься. Хищников здесь много: хори, ласки, лисы. Одна патрикеевна настолько в раж вошла, что на немецкую овчарку Шалаву бросилась, — удивляет Федоров.  

По его мнению, лучшая домашняя птица на сельском подворье (конечно, если не брать в расчет куриц) — это индоутка. Она неприхотлива, сколько яиц снесет — столько и утят высидит, и все они выживают. А мясо у индоутки вкусное и совсем не жирное: в отличие от северных сородичей, ей не нужно накапливать сало для долгих перелетов и плаванья-нырянья в холодной воде. Одна беда — эти упрямые создания все время норовят перелететь из специально отведенного для них технического пруда в основной, предназначенный для купанья и ловли рыбы. Павел Владимирович устал с ними бороться.

– В пруд я специально благородного линя привез и запустил, а тот прижился, расплодился. Карасей же у нас разве что кот ест, — гордится лесной житель.

Наезжают к нему порыбачить и попариться родственники, друзья, знакомые, среди которых есть даже осевшие в России китайцы. Всех он встречает радушно. Ушица в этом доме завсегда отменная. Яйца и мясо птицы — деликатесные. Морковка, капуста, картошка — выращены на своем огороде. Груши, яблоки, сливы, вишни сорваны с ветки в своем саду. В любое время года на столе варенья и соленья, в том числе из лесных грибов и ягод, которые растут под боком. А мед какой!

Накануне Павел Владимирович целый день был занят — пчелы готовились к роению, так что пришлось приложить немало труда, чтобы поймать отделившуюся пчелиную семью в новый улей. Иначе бы улетела — и потом ее ищи-свищи.

– Мед мне нужен не для продажи, это лекарство и лакомство для моей семьи, — весомо роняет хуторянин. — Покупной продукт часто бывает некачественным из-за того, что пчелу специально кормили сахаром либо откачали из ульев неспелый мед. А у меня все как полагается. Зато в сотах — кладезь витаминов и ферментов.

Причудливые изгибы стволов и судьбы

Заняться хозяйством, приближенным к натуральному, Федорова заставила жизнь. Выпускник московской сельскохозяйственной академии имени Тимирязева, он поработал заместителем председателя колхоза-середнячка в родном Любимском районе, а затем, в надежде поскорее решить насущный жилищный вопрос, перебрался на родину жены, в поселок Козьмодемьянский Ярославского района, где почти четверть века отдал местному сельскохозяйственному техникуму.

– Обучение трактористов и механизаторов, вся техническая часть была на мне, — уточняет он. — Но в последние годы многие колхозы и совхозы обанкротились, в иных жизнь еле теплится, им не до жиру, и молодые кадры без надобности. В Ярославском аграрно-политехническом колледже теперь учат на ландшафтных дизайнеров, бухгалтеров и банкиров. А землеустройство и агрономия остались скорее довеском к престижным специальностям.

Когда преподавателя Федорова сократили, вместе с ним по стечению обстоятельств был «отправлен в отставку» обветшавший памятник Ленину. Проникшись сочувствием к товарищу по несчастью, Павел Владимирович не дал разбить гипсового вождя мирового пролетариата — увез его, как память, на свою делянку. Спасенным монументом дорожит и мечтает когда-нибудь устроить у себя парк скульптур.

Смирившись с потерей привычной работы, хуторянин стал было лесником. Но после очередного изменения лесного законодательства, упразднившего охрану сельских лесов, потерял и это место. Наверное, пришлось бы ему искать вакансию в городе, как многим его землякам: в поселке с численностью населения под две тысячи человек, трудно трудоустроиться. От прежде мощного свинокомплекса на 50 тыс. голов ныне осталось лишь небольшое производство. И тут Павла Владимировича неожиданно выручил лес: многолетнее хобби (своими руками срубил себе дом, баню, гараж, изготовил мебель) в одночасье стало профессией.

– Я начал изготавливать изделия из природных форм, используя осину, березовый кап, который из-за твердости и необычной текстуры порой называют древесной костью, а также корни и сучья ели. У этого дерева поверхностная корневая система, поэтому при сильном ветре его выворачивает из земли, открывая у основания ствола изогнутые формы, которые после обработки воплощаются в причудливые образы и разные диковинные вещицы. Надо только лишнее отпилить, а недостающее врезать, — вводит в курс дела мастер.

Заказчиков, равно как и природного материла, ему вполне хватает.

– Грибник идет в лес по грибы, охотник — за дичью, а я за елками, и могу вас заверить, что на мой век их в чащобе хватит, — улыбается резчик. — Благо, свои угодья я знаю досконально. «Встроенная навигация» еще ни разу не подводила. Осенит идея — и я спешу поскорее взяться за дело. Например, сегодня я «извлек» из березового капа чудный  уличный бар с тайником. Завтра примусь за беседку.

Одичали

– Как я раньше жил? Как все, серенько. А теперь промысел меня выделяет, — говорит  мастер.

Но долгосрочная перспектива его не радует. Он сетует на то, что многие поля заброшены, в лесах все больше валежника, бурелома, которые никто не убирает. Местности постепенно дичают.

– Помню, в моем родном Булакове Любимского района когда-то был разыгран знаменитый гоголевский сюжет на современный лад. В пух и прах разругались местные Иван Иванович с Иваном Никифоровичем: сосед-ветеринар и мой отец — начальник маленького аэропорта, с которого селяне на вездесущих кукурузниках «АН-2» летали по своим делам в областной центр. Ссора случилась из-за сущей ерунды – из-за возможности скосить для своей скотины сочную траву с ничейной полянки. Если бы сегодня отец встал из могилы, он бы несказанно удивился, увидев целые некошеные поля, — переживает Павел Федоров. — Всех жителей на моей родине осталось полтора землекопа, остальные подались в город. Зато змей развелось несметное количество. Много раз я видел их прямо на улице, у крыльца, у колодца. А тропа к реке медведями истоптана. Самому видеть их не приходилось, но, говорят, теперь здесь косолапый — нередкий гость.

Все это последствия массированной урбанизации и угасания села.

– Население скучилось в Ярославле, и жить там сейчас стало трудно, грязно, небезопасно, — рассуждает селянин. — Как ни приеду в административный центр — по часу в пробках стою. А какие мусорные коллапсы приходится наблюдать! Нет, лучше уж на отшибе поселиться, чем прямо у городской клоаки.

Этот российский Натаниэль Бампо, словно шагнувший в наш век из романов Фенимора Купера, мечтает, что когда-нибудь рядом с его домом отстроится сын Алеша и привезет к деду на постоянное жительство маленьких внуков — Диму и Сонечку. Родовая усадьба, по мнению Павла Федорова, спасение для сегодняшнего села. 

Яр.робот Далее в рубрике Яр.роботМолодой радиофизик из Ярославля сконструировал робота, который может заменить спасателей, строителей и ученых Читайте в рубрике «Титульная страница» Спецпроект: Семья 3.0 -Демографическая катастрофа или увеличение рождаемостиБудет ли многодетной семья будущего? Спецпроект: Семья 3.0 -Демографическая катастрофа или увеличение рождаемости

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Дискуссии без купюр.
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в обсуждениях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»